Телодвижения.

Акт IПервая цифра

В 2020 году в энгельсском ООО «СКВТ» — том самом, что через пять лет станет торговать худи на семь миллиардов рублей в год, — вся кубышка вместе с остатками на счётах, товаром на складе и дебиторкой тянет на девятьсот восемьдесят пять тысяч рублей. Меньше, чем стоит средняя однокомнатная квартира в Энгельсе. На этой кубышке три человека — Владимир Сафаров, Татьяна Крылова и Руслан Анасов — пытаются продавать одежду в интернете. Выручка за год — 2,5 миллиона. Чистая прибыль — 188 тысяч рублей.

Ровно пять лет спустя, в декабре 2025-го, та же самая компания показывает выручку 7 087 017 тысяч рублей. В годовом балансе на стороне активов — 4 миллиарда рублей, из них два с половиной миллиарда в запасах на складах; на стороне пассивов — чуть больше миллиарда краткосрочных кредитов и полтора миллиарда долгов поставщикам. На сайте Wildberries бренд «Телодвижения» занимает двадцать вторую строчку среди 1,1 миллиона магазинов.

Пресс-релиз пересказал бы это так: «региональный бренд вырос в семьдесят раз и ворвался в топ маркетплейса». Пять годовых отчётностей, прочитанных подряд, рассказывают другую историю — с саратовским студентом и грантом, с удачным моментом ухода западных брендов, с четырьмя швейными фабриками под Саратовом и с одной очень неприятной строчкой в отчёте за 2025 год, о которой, кажется, никто всерьёз не говорит.

Акт IIБренд, выросший из дыры

Чтобы понять, почему весь этот фейерверк случился именно сейчас и именно здесь, надо представить российский фэшн-рынок образца 2019-го: H&M, Zara, Pull&Bear, Bershka, Uniqlo. Огромные витрины в торговых центрах. «Телодвижения» в тот год ещё не имеют ни одного магазина; Владимир Сафаров, получивший двумя годами раньше грант форума «iВолга» за идею одевать делегации регионов в едином стиле, только-только пробует выкладывать худи на Wildberries — «под реалии рынка фешен в электронной коммерции», как потом скажет он сам в интервью.

В 2021 году компания заработала 101,8 миллиона рублей выручки. Для бренда, который год назад показывал 2,5 — это сорокакратный рост. Но на фоне того, что произойдёт дальше, 101,8 выглядит как разминка.

Перелом — 2022 год. Западные бренды уходят, и освободившиеся полки на Wildberries заполняют те, кто успевает шить быстро. «Телодвижения» оказались в нужной точке: собственные швейные мощности в Саратовской области, готовая команда, налаженная работа с маркетплейсом — ничего не надо начинать с нуля. Покупателей никто специально не перехватывал; они просто пришли туда, где их оставили Zara и H&M. Выручка прыгает в 3,5 раза — до 356,6 миллиона рублей, чистая прибыль — в восемь с половиной раз, до 43,9 миллиона.

Дальше — ещё быстрее. В 2023-м выручка учетверяется до 1,55 миллиарда; в 2024-м — утраивается до 4,74 миллиарда. Чистая прибыль на вершине, в 2024-м, — 630 миллионов рублей. Это уже не «малый бизнес из Саратова». Это компания, производящая выручку размером с немаленький завод.

Акт IIIИмперия на складе

Товар на складе для продавца одежды — штука двойственная. С одной стороны, это будущая выручка. С другой — замороженные деньги. Мало — продавать нечего. Много — деньги не работают, коллекции устаревают, приходится распродавать со скидкой.

У «Телодвижений» баланс между этими «мало» и «много» меняется в течение пяти лет радикально.

• 2021: запасов на 23 тысячи рублей. Это, если вдуматься, не запасы, а описка в ведомости.
• 2022: 75 миллионов.
• 2023: 380 миллионов.
• 2024: 1,42 миллиарда.
• 2025: 2,74 миллиарда рублей.

Это 67% всех активов компании. Две трети того, что «Телодвижения» имеют, — это ткань, крой, готовые худи и шорты, лежащие на складах в Саратове, Энгельсе, Петровске, Красноармейске и Аткарске. Включая 1,09 миллиарда рублей «товаров отгруженных» — то есть тех, что уже уехали на склады Wildberries, но юридически ещё принадлежат бренду.

Акт IVКредит на рост

В рознице правило простое: хочешь расти быстрее рынка — нужны либо свои деньги, либо чужие. «Телодвижения» пошли по второму пути, и за три года это видно в каждой строке баланса.

В 2021 году вся заёмная нагрузка компании — 2,5 миллиона рублей. Это один банковский лизинг на оборудование или что-то сопоставимое. Процентов по этому долгу за год уплачено 89 тысяч рублей. Копейки.

К 2024 году долги перед банками и займодавцами — уже 418 миллионов рублей. Процентные расходы — 52 миллиона, в пятьсот восемьдесят раз больше, чем три года назад. То, что в 2021-м жило без банков, теперь без них уже не может.

А потом приходит 2025-й.

«Получение кредитов и займов — 3 970 350 тыс. руб. Возврат кредитов и займов — (3 261 503 тыс. руб.) Сальдо денежных потоков от финансовых операций — 708 847 тыс. руб.»Отчёт о движении денежных средств ООО «СКВТ», 2025

За год компания взяла и вернула банкам примерно семь миллиардов рублей. Выручка, для сравнения, — 7,09 миллиарда. То есть финансовый оборот — кредиты, которые приходят и уходят, — примерно равен обороту основной деятельности. На конец 2025-го остаток по кредитам и займам — 1,13 миллиарда рублей, из них почти всё — краткосрочные (сроком до года).

Процентов уплачено за год — 203,6 миллиона рублей. Это почти половина чистой прибыли.

Акт VНеприятный 2025-й

Выручка 2025-го — 7,09 миллиарда рублей. На 49 % больше, чем в 2024-м. В любом учебнике по инвестициям такой рост называется «здоровым». Теперь загляните в следующую строчку отчёта.

Чистая прибыль — 476,3 миллиона рублей. Это на 24 % меньше, чем 630,5 миллиона годом раньше. Впервые за всю свою наблюдаемую историю «Телодвижения» продают больше, а зарабатывают — меньше.

Что происходит, видно, если разложить отчёт о финансовых результатах на стопки.

Главный пожиратель маржи в 2025 году — коммерческие расходы: 2,2 миллиарда рублей против 1,18 миллиарда годом раньше. В пересчёте на выручку — 31 копейка с рубля против 25 копеек. Львиная доля здесь — комиссия маркетплейса. В самой отчётности «Телодвижения» впервые выделяют отдельной строкой «Вознаграждение маркетплейса» — 391 миллион рублей только в составе прочих доходов, и это не считая вычетов при получении выручки.

Второй — проценты по кредитам: 203 миллиона против 52 годом раньше. 2,9 копейки с рубля выручки уходят банку — против 1,1 годом раньше.

Третий — себестоимость: 4,32 миллиарда против 2,59. Здесь пропорция к выручке поменялась мягче — с 54,7 % до 60,9 % — но с учётом масштаба речь идёт про дополнительные десятки миллионов, списанные в «стоимость сырья и производства».

И на все эти траты наслаивается один важный факт: сальдо денежных потоков от текущих операций — минус 688 миллионов. Компания в 2025 году операционно не заработала денег — она их потратила. Всё, что пришло от покупателей, и даже больше, ушло поставщикам, сотрудникам, банкам и государству. Живая касса закрыта за счёт новых кредитов.

Акт VIЧего не видно в балансе

В балансе ООО «СКВТ» нет некоторых вещей, которые, скорее всего, объясняют 2025 год лучше любых цифр.

В балансе нет алгоритма Wildberries, который перетряхивает выдачу каждые несколько месяцев и может за неделю отправить бренд с двадцать второй строчки, скажем, на двести вторую. Но в балансе есть строчка «вознаграждение маркетплейса» на 391 миллион — и это её обратная сторона. Хочешь остаться в топе — плати за продвижение. Не платишь — проседает выручка. Платишь — проседает прибыль.

В балансе нет графика ухода «Телодвижений» на собственную фабрику в Красноармейске, купленную у местных врачей Максимовых. Но есть 282 миллиона основных средств — вдвое больше, чем в 2024 году. Собственное производство — это почти всегда длинные деньги и долгий возврат инвестиций.

В балансе нет цен на ткани. Но есть 560 миллионов рублей сырья на складах — сегодня это запас на много месяцев вперёд, страховка от перебоев поставок и от скачков валюты. И одновременно — замороженный капитал.

И наконец — в балансе нет бренда как такового. Нет аудитории, которая выбирает «Телодвижения» не потому что дёшево, а потому что «своё»; нет того, как Татьяна Бакальчук приезжает в Саратов, чтобы посмотреть на их производство; нет сезона, в котором маркетплейс решит: хватит, слишком дорого даёте рекламу, поднимаем комиссию ещё на процент.

Всё это живёт за пределами строк 1150, 1210 и 1520. Но именно в этих пустотах и формируется следующий год отчётности.